Елена Кузьменок

Воскресенье, семь часов утра. На остановке общественного транспорта напротив автовокзала в ожидании седьмого автобуса томится толпа, состоящая преимущественно из женщин в платках, длинных юбках и босоножках, надетых на детские носочки. Лучась глазами, прихожанки — а от женщин идет неуловимый православный дух — едут на встречу со своим церковным начальником — патриархом Кириллом. Начальником его здесь, правда, никто не называет. Называют «Отец».

Наконец, подходит автобус, заполненный почти «под завязку». Все едут до «конечной» остановки — до Свенского монастыря. Как выясняется, это единственный способ добраться прямо к обители. Маршрутки в Супонево и к монастырю были отменены еще в пятницу, а весь остальной транспорт в день патриаршей службы ходит только до Телецентра. Чуть позже, правда, прихожан на встречу с патриархом начали возить заказные автобусы, которые курсировали между «телеком» и Свенским абсолютно бесплатно.

Встречают и провожают православных люди в форме. С четырех утра в Свенском монастыре дежурит полиция собранная, похоже, со всего города. На входе всех пропускают через металлоискатели. За предпринятыми «мерами безопасности» довольно наблюдает сам патриарх с огромного портрета, который вывешен тут же и своими размерами соревнуется разве что с ленинскими изображениями времен СССР. Никогда еще надвратная церковь древней обители не была свидетельницей такой подозрительности церковного начальства по отношению к своей пастве. На территории монастыря недоверие к православным тоже не иссякает. Всех желающих помолиться, словно заключенных, «прогоняют» через «синий коридор» из полицейских. Стражи порядка, впрочем, ведут себя предельно вежливо и добродушно. Терпеливо направляют верующих на площадку, где установлен огромный экран, на котором будет транслироваться служба. На поляне этой совсем не тесно: еще два таких же экрана расположили у входа в монастырь, и основная масса православных в это утро собирается именно там.

Божественную литургию патриарх должен служить на развалинах Свято-Успенского собора. Как свидетельствует установленная тут же табличка, построен он был в 1758 году, закрыт — в 1924-м, а взорван — в 1930-м. Сейчас на его месте угадываются лишь контуры былого храма, из земли торчат «огрызки» кирпичной кладки стен, кое-где видны обломки колонн. В день патриаршего визита над руинами соорудили подобие шатра, а ко входу протянули зеленую ковровую дорожку. Эта территория охраняется тщательнее всего — за оцепление пропускают лишь первых лиц области и города и священнослужителей. Этих персон, правда, целая «церковь» не набирается, и в последние минуты площадку набивают статистами из простых верующих. Статистами они себя, впрочем, совершенно не ощущают, а ощущают счастливцами.

Наконец, около 9:00 служба начинается и продолжается примерно два часа. Патриарх Кирилл ведет себя величаво и молится хорошо поставленным голосом. Вместе с ним слова молитв повторяет не одна тысяча брянцев. Ощущения того, что ты находишься на молении в храме, впрочем, от себя добиться трудно. На площадке перед экраном, расположенной на территории монастыря, кто-то усердно крестится, кто-то курит, кто-то собирает липовый цвет со стоящего тут же дерева. Кто-то устал и уселся на складной стульчик перед «телевизором». Время от времени начинает накрапывать дождик, толпа дружно раскрывает зонтики. Яростно нападают комары.

По поводу дождя, кстати, патриарх высказался отдельно. «В каком-то смысле замечательно, что мы совершаем это богослужение в пасмурный день, — заявил Кирилл, стоящий под навесом. — Этим небольшим дождем, который нам не помешал, но создал совершенно особую атмосферу, нам дают понять, что даже природа скорбит по поводу того, что патриарх совершает первую литургию на Брянской земле в развалинах». По его словам, дождь был Божьим знаком небесной скорби по поводу того, что Свято-Успенский собор до сих пор лежит в руинах. «Верю, что здесь будет вскоре восстановлен Божий храм», — намекнул патриарх собравшимся. И попросил Епископа Брянского и Севского, а также губернские власти, благотворителей и жертвователей «не замедляться в этом строительстве».

В ответ Феофилакт вручил патриарху образ иконы Свенской Божией Матери и многословные уверения в благодарности и любви к нему всех братских православных народов. Кирилл же со своей стороны одарил землю Брянскую своим патриаршим благословением, изображениями Богоматери с памятной табличкой и Нерукотворного Спаса. Причастив на прощание нескольких верующих, патриарх направился в строящийся кафедральный собор. Его сопровождали губернатор Николай Денин, председатель облдумы Владимир Гайдуков, секретарь политсовета партии «Единая Россия», депутат Госдумы Андрей Бочаров, глава городской администрации Сергей Смирнов и другие первые лица.

Официальная часть исторического визита в Свенский монастырь закончилась, и верующие потихоньку потянулись к выходу. Тут уже полиция слегка ослабила бдения — выйти из монастыря оказалось проще, чем войти. Пока все расходились, инициативная группа прихожанок под деревом ладно исполняла псалмы. «Иди сюда, — подозвала подругу тетушка в характерном наряде под стоящую у дороги липу. — Подпитаемся положительной энергией от дерева. А то один негатив кругом…»

Фото Марины Грековой.

Как вы лодку назовете…

Его кабинет прост и аскетичен. Шкаф, стол, портрет президента, российский триколор. На расстоянии вытянутой руки — аккуратная карандашница, органайзер, пара мобильников. В центре обязательного «набора начальника» примостился новенький iPad, а с компьютерного монитора всякого входящего немигающим взглядом сверлит круглый глаз веб-камеры.

Ремонт, охвативший все здание, тут в самом разгаре. «Вроде администрация, а полы как после бомбежки, — описывает обстановку месячной давности Дмитрий Наймарк. — На линолеум было страшно глянуть, пенсионеры спотыкались».

Совсем скоро полы администрации украсит новенький керамогранит. Сейчас же ее коридоры заставлены мешками с цементом, банками с краской, еще какими-то стройматериалами, пол покрывают белесые следы всеразмерных ног. Сразу видно, в здании обосновался человек, не терпящий осыпающейся штукатурки и скрипа в паркете. «Еще никому не удавалось эффективно управлять фабриками-заводами-газетами-пароходами, не говоря уже о целом районе, сидя в «сарае»», — подчеркивает Наймарк.

Он и сам показательно хорош и опрятен. Рукава белоснежной рубашки слегка закатаны, верхняя пуговица небрежно расстегнута. Есть в нем что-то неуловимо европейское, не свойственное среднестатистическому брянцу. Впрочем, Наймарк и не скрывает: его далекие предки — выходцы из Европы. Вполне возможно, купцы, путешественники или и те, и другие одновременно. По крайней мере, в переводе с немецкого фамилия Выгоничского главы звучит как «новое место» (нем.: neu markt).

По этим новым местам Наймарка бросало нередко. Несколько лет он работал на «Мелькрукке», в «Брянскпиво», а потом основал «Кирпичную компанию». Сейчас этот бренд в строительных кругах известен на всю страну. Как только состав последней пополнил комбинат «Строма», Наймарк возглавил и его. Не подозревая, что «навлек» на себя внимание общественности — к тому времени на горизонте уже вовсю маячило кресло выгоничского главы.

Инертен, но не безнадежен

Район Наймарку достался, прямо скажем, не самый завидный. Избежать проблем с пьянством и безработицей выгоничанам, увы, не удалось. Главная же беда 1/27 Брянщины сводится к тому, что больше половины ее сельскохозяйственных земель по прямому назначению не используются. Если раньше слава Выгоничей как аграрного края гремела на всю округу, то теперь район делает упор на развитие промышленности. Местный бюджет — глубоко дотационный, «своих денег» в нем — меньше половины, все остальное — дотации, трансферты и субсидии.

Население соответствующее. Его общая численность порядка 22 тысяч человек. При этом пенсионеров и инвалидов тут около трети. Молодежь, в особенности, если она трудоспособная и активная, тут на вес золота: ее основная масса покидает малую родину в поисках работы.

«Лоббировать собственные интересы — не в правилах выгоничан, — сокрушенно качает головой Наймарк. — Самый, казалось бы, деятельный класс — люди в возрасте от 25 до 40 лет, — де-факто политически не активен. В общественных дискуссиях он участия не принимает, а на выборы если и идет, то по привычке».

От большинства россиян здешний народ, стало быть, отличается немногим. Обычай существовать по чужим законам, играть по чужим правилам, увы, он так и не забыл. Недаром здешние профсоюзы, что трещали по швам еще в нестабильные девяностые, в относительно спокойные нулевые окончательно перестали выполнять свои функции. «По сути, сегодня они существуют только на бумаге, — говорит Наймарк. — Впрочем, всеми силами мы стараемся повысить общественную активность профсоюзов посредством взаимодействия с советами ветеранов и общественными объединениями».

Растянулся район вдоль федеральной трассы М13. Фактически являясь пригородом Брянска, он находится в непосредственной близости от областного центра. Тем не менее такое стратегически выгодное месторасположение до сих пор в полной мере не использовалось. «Акцентируя внимание на одном только этом достоинстве, удалось заинтересовать сразу двух крупных инвесторов — «Царь-Мясо» и «Мираторг», — говорит Дмитрий Наймарк. — В Выгоничский район каждая из компаний намерена вложить не менее 7 миллиардов рублей. В ближайшие два-три года благодаря их вливаниям 60-70 миллионов прироста получит районный бюджет, не считая отчислений в областную и федеральную казну и появления порядка четырех тысяч рабочих мест».

Ясное дело, вслед вырастет финансирование бюджетной сферы. То тут, то там начнут появляться детские сады, спорткомплексы, объекты культуры, жилые кварталы. Их возведение потребует укрепления строительной сферы, расширения персонала. Потом, согласно представлениям Наймарка, увеличится покупательская способность населения (к слову, средняя зарплата в «Царь-Мясо» и «Мираторге» — около 20 тысяч рублей), более интенсивно будет развиваться малый и средний бизнес. Посему назвать Выгоничский район безнадежным язык не поворачивается. Вон сколько инвестиций грядет сюда в ближайшие годы — на десятки миллиардов рублей.

«Самые капиталоемкие объекты «Мираторг» построит на территории нашего района, — подчеркивает Наймарк. — Это две бойни крупнорогатого скота и птицы, комбикормовый завод и газогенерирующая электростанции».

Компания уже определилась с местом расположения федлота — площадки для интенсивного откорма взрослых животных. А всего полгода назад первый камень будущего свиноводческого комплекса заложила фирма «Царь-мясо». Опять же на территории района. Рядом, согласно плану, вырастут маточник, бойня, комбикормовый завод. Предположительно к концу 2013 года под Выгоничами появится сильная аграрная отрасль.

«Впрочем, свои планы есть и у другого промышленного гиганта, — продолжает живописание светлого будущего района его глава. — У комбината «Строма» практически все готово к возведению нового кирпичного завода, на базе которого будет создан комплекс производств, связанных со строительной отраслью — начиная от металлообработки и заканчивая деревообработкой».

Прямо сейчас шлифуется проект, призванный увеличить поголовье местного дойного стада. Базироваться он будет на все тех же инвестициях, а поддержку получит в рамках национального проекта «Сельское хозяйство».

Лиха беда начало

Тихой сапой, если верить отчетам целого ряда профильных ведомств, от спячки тут пробуждается малый бизнес. По линии Выгоничского центра занятости собственным делом и свидетельством индивидуального предпринимателя обзавелись уже десятки бывших безработных. Пятнадцать человек защитили бизнес-планы в марте этого года, причем девять из них перед выходом в бизнес-свет прошли в стенах учреждения спецподготовку. Заблаговременно.

Разумеется, на крупные, дорогие и долгосрочные проекты новички замахнуться не решились. На субсидию в размере меньше 60 тысяч рублей, что выделяет государство, особо не разгонишься. Люди планировали будущее, по большей части, маленьких ферм. Эдаких подсобных хозяйств, только с выходом на рынок.

Здесь же нашлось место крохотной парикмахерской, швейному ателье, небольшому магазинчику, мастерской по художественному матированию и декорированию стекла. Увы, это самое место зарезервировано пока на бумаге, да в помыслах новоявленных бизнесменов. Впрочем, полагают вчерашние безработные, лиха беда начало.

«Наконец-таки, инвесторы обратили взор на выгодное расположение Выгоничского района — его главное преимущество перед аналогичными административными единицами, — продолжает нахваливать свою «территорию» Наймарк. — Думаю, еще год-два, максимум три, и вдоль райцентра разрастется придорожный бизнес».

С каждым словом Наймарка его воздушные замки приобретает все более отчетливые очертания. «Вот-вот в Пильшино начнут укладывать фундамент под универсальный заправочный комплекс с огромным ассортиментом дополнительных услуг, — восторженно перечисляет Наймарк. — Проект — в стадии разработки. Еще один придорожный комплекс появится в Выгоничах. В связи с тем, что нынешняя автостанция закрывается, этот объект будет включать в себя и ее альтернативу».

Оказывается, последняя не так давно стала лишней. Из-за особенностей дорожной разметки, недавно проложенной в этих местах, подъехать к остановке без нарушения ПДД теперь невозможно. «Возникала угроза, что населению в ожидании общественного транспорта пришлось бы мерзнуть под дождем и снегом, чего я, как глава района, никак не мог допустить», — объясняет Наймарк.

Власть как служение народу

Дмитрий Владимирович говорит уверенно и обстоятельно, ненароком создавая впечатление, что Выгоничами он успешно «правит» не первый срок, а электорат знает как облупленный. В действительности районный совет народных депутатов утвердил Наймарка в должности относительно недавно — 30 декабря минувшего года, инаугурация же нового главы состоялась в середине января.

Благочинный Выгоничского благочиния, настоятель храма во имя святителя Николая, иерей Анатолий сказал тогда: «Религиозное понимание власти есть одно — служение. Служение предполагает отдавать себя для тех, кому мы призваны служить. Служение же требует от человека напряжения духовных, физических сил, мудрости, терпения, воли, смирения. Благополучие народа всегда определяется его единством, и господь благословляет нас на единение, опираясь на пласты духовности, идти вместе и решать задачи совместно».

Слова священника Наймарк воспринял как руководство к действию. Смиренно и со свойственной ему гиперответственностью. Тем более что сам глубоко православен. Вот и сейчас он все чаще косится на часы — торопится на встречу с населением.

Пару минут спустя Наймарк за рулем автомобиля. В пассажирском кресле — пять дней назад вступивший в должность зам по ЖКХ Владимир Тарасенков, позади — фотокорр и журналист. По кочкам и ухабам большая красивая машина едет на окраину Выгоничского района, в поселок Красный Рог.

«Нога большого чиновника тут не ступала годами, население заждалось, — шутит водитель. — А если серьезно, по населенным пунктам в составе рабочей группы я путешествую еженедельно. В первую очередь, по наиболее отдаленным. Цель — получить информацию из первых рук, напрямую узнать о проблемах и трудностях жителей».

Как показывает практика, во время таких диалогов люди жалуются на неустроенность соцкультбыта — разбитые дороги, нерегулярность движения общественного транспорта, отсутствие водопровода и канализации, состояние местных домов культуры. Красный Рог — не исключение.

Из благ цивилизации тут только электричество, да и с тем постоянные перебои. Сухостой чуть не каждую неделю рушится на провода, а восстанавливать в поселке их некому, как некому и лечить «древесную падучую». Электрики едут в Красный Рог с неохотой: далеко и неудобно — дороги-то здесь отродясь не бывало. «Скоро покойник из гроба выскочит, до кладбища не довезем, — возмущается один из местных жителей. — У нас же вокруг леса да болота, весной вон полпоселка «плывет». Раньше хоть народ по грибы выбирался, а сейчас и пытаться не стоит — бурелом непролазный».

Газификация поселка на паузе не первый год. «Голубое топливо» успело прийти лишь в 52 из 400 здешних домов. Телефоны не работают, водопровода практически нет — жидкость, поступающая с единственной башни, для питья непригодна, канализация отсутствует. Последней радости не так давно неизвестные лишили местных школяров — свинтили со здания школы спутниковую тарелку, чем лишили ребят гарантированного государством доступа в интернет.

«Перед выборами нам много чего наобещали, а сделали чуток, — бросаются в диссидентскую кривизну участники встречи. — Уж и не знаем, поживем ли как люди».

Наймарк тем временем не разглагольствует, быстро строчит что-то в своем блокноте. Перелистывает страницы и недовольно хмурит брови. Невооруженным глазом видно — положение дел в Красном Роге крайне его возмущает.

«Ничто не унижает так человека, как нищета, — скажет он позже. — Отсутствие денег убивает любые надежды. Но в отсутствие экономики им взяться негде. Благо, в последнее время в районе она начинает оживать. Это дает повод верить, что цивилизация придет и в эти края». А потом уточнит: «Благодаря подобным выездам удалось разработать целую систему сбора информации. На основе ее анализа после каждого визита принимаются соответствующие решения, прописывающие пути и способы устранения выявленной проблемы, назначаются конкретные сроки и ответственные».

Переменам быть!

А пока наследие советского прошлого все еще дает о себе знать. Выгоничские окраины, ой, как им богаты. И там, и сям на пути вырастают руины несуществующей страны. Одного кирпича — на десятки тонн.

По крупицам население собирает элементы «древности» — прялки, керосиновые лампы, снаряды времен Великой Отечественной войны. Не замечая при этом, что прошлое и без того сужает круг. Его пролетарская физиономия угадывается в ленинском профиле «книги почета» с бархатным окладом и истрепанными страницами, мелькает в междурядье фанерных стульев и занавесок цвета детской неожиданности.

У настоящего местных жителей даже запах прошлого — едва уловимый, но вполне узнаваемый. Чем дальше автомобиль Наймарка отдаляется от Красного Рога, тем отчетливее и гуще он становится. «Стоп, а что это у нас горит? — обрывает попутчиков на полумысли Наймарк. — Вон над деревней Бурачевкой дым столбом». Так и не дождавшись ответа, районный глава сворачивает с трассы в сторону пожара.

Уже на месте выясняется: кто-то, сжигая сухую траву, оставил огонь без присмотра. Его языки в итоге перекинулись сначала на сарай 80-летней старушки, а потом и на жилье бабули. Пожарные расчеты сменяли друг друга с периодичностью в несколько минут. Локализовать возгорание им удалось, а вот отстоять у стихии жилище пожилой женщины не получилось. Благо, сама погорелица не пострадала.

Наймарк попытался было выяснить, кто жег траву, кто допустил ее хаотичное горение, но увы. «Это овраг горел, он ничейный, — только и оправдывались жители. — Вокруг своих домов мы опашку сделали, траву скосили. А остальная территория не наша, хозяйничать, стало быть, некому».

«Почему ж тогда не позвонили куда следует?», — не унимается Наймарк. «Так бесполезно же. Наверное», — был дан ответ.

«Людское безразличие — вот, что пугает больше всего, — признается глава Выгоничского района. — Это из-за него горят дома, страдают одинокие бабули. Раньше траву выкашивали всюду, где это только возможно, — она шла на корм скоту. Теперь буренок впору вносить в Красную книгу — так мало их осталось в личных подворьях. Да и селянам отчего-то стало не досуг: зарастай, лубяная избушка, бурьяном, а придет огонь, авось пронесет».

«Цели изменить людей, их менталитет, взгляды и привычки, конечно, я не преследую, — произнесет финальную фразу в завершение рабочего дня Наймарк. — Пожалуй, ни одному начальнику это не по силам. Единственное, что я могу и должен сделать, так это обеспечить выполнение должностных обязанностей органов власти и госучреждений на территории района. Это моя основная задача и неотъемлемое условие, побуждающие к переменам — приходу в район инвесторов, развития бизнеса, модернизации экономики».

Фото Евгения Пунина.

Елена Воробьева

Сначала Александр Коробко зарегистрировался в «ЖЖ» и в «Одноклассниках», завел аккаунты на FaceBook и в «президентском» Twitter’е. Но настоящее окно в мир стародубский мэр прорубил, когда завел «Интернет-приемную» на starburg.ru. В общем, сайт городка с 18-тысячным населением в сутки посещают больше сотни человек — второе место среди официальных сайтов городов Брянской области. А главное — на все обращения земляков градоначальник отвечает лично. Эксперименту пошел второй год.

Ангелы и бесы

«Ангел Мира» расправил крылья над городской площадью. Родом он из Первопрестольной (хотя профинансировал его питерский стародубчанин), но отлично смотрится на фоне куполов местного Рождественского собора, возведенного в Стародубе в начале XVI века. Воцарился на месте снесенного за ветхостью Дома культуры. А вот «Ленин» (так по-свойски и написано на постаменте) устоял со времен соцреализма — стоит, как и стоял, слева от Ангела, ближе к суду и администрациям. Большинство стародубцев этим соседством смущаться уже перестало. Хотя странники и по сей день стопорятся, крутят головами влево-вправо, снимают на мобильник и посылают другу.

Еще активничает местная интернет-общественность, ее представители время от времени ставят вопрос ребром перед городским головой:

«Входит ли в ваши планы снести памятник Ленину перед зданием суда? Мне кажется, он совсем не вписывается в ту красоту, которую вы навели на площади. Вот фонтанчик был бы кстати!»

«Вопрос сложный. Революция разделяет людей. Это плохо. Но у каждой революции есть причины. Снос любого памятника — это маленькая революция. Причин для маленькой революции мало. Поэтому сейчас мы не думаем о сносе памятника Ленину».

В принципе, изначально Коробко не революция волновала, а другая проблема: стародубская анафема. В конце XVII века, когда в этом богатом казачьем городе на границе России и Украины жило вдвое больше людей, проклятие на него наложил полковой казачий священник Стефан Шуба: наложил за то, что стародубцы погрязли в грехе и пьянстве, демонстрируя к тому же полное «равнодушие к благочестию». Можно ли доверять этой версии, которую донесли до нас летописи Черниговской губернии, до сих пор спорят ученые, но факт остается фактом: о поверии в городе не забыли, да и привычка объяснять им свои несчастья прижилась.

Чтобы перевернуть страницу, предшественник Коробко даже епископа в город в 2003-м приглашал из Брянска — официально снять проклятие. С тех времен стародубцы вроде ощущают себя куда приятнее. А Коробко всячески укрепляет в горожанах дух. В кризис, например, за свои кровные заказал в типографии десятки плакатов и растяжек — «Покупай стародубское — выбери свое!». Кроме шуток — продажи местных товаров выросли в разы, вдобавок открылось маленькое производство «Стародубские колбасы».

Кризис кончился — в городе в видных местах появились большие буквы: «СТАРОДУБ — ГОРОД ХОРОШИХ ЛЮДЕЙ». В областном центре надписям поверили — и «выгребли» лучших на должности: вице-губернатора Брянской области, мэра Брянска, главы Советского района, начальника управления брянского ЖКХ…

Для них, и не только, на выезде из Стародуба теперь крупно написано: «ВОЗВРАЩАЙСЯ!».

«Упыри все же…»

Стародубский градоначальник чудит давно. Бывалые люди говорят: «По молодости». Александру Коробко и вправду нет сорока, он самый молодой глава муниципалитета в области с 2004 года. Первая затея: вдоль и поперек (и вдобавок вертикально) озеленил город. Повсюду замысловатые клумбы, цветы в вазонах, саженцы в парке и скверах. Даже символический дубок (на гербе Стародуба изображен) три раза высаживал, прививал, от погубителей берег — пока не принялся. Подумал и неподалеку установил железное кованое дерево для молодоженов — чтоб как в Европе замки на счастье вешали. Потом устроил в сквере Очень Длинную Скамейку — 50 метров, бордюры выкрасил, урны везде расставил. Фонтан почистил, и тот впервые за много лет зафонтанировал. Но даже после этого не угомонился, а велел рядом с «молодоженным» древом поставить еще и вогнутую скамейку: пусть теснее молодые прижимаются друг к другу.

Поначалу горожане не очень-то радовались. На рынке продавец фиалок Наталья рассказывает:

— Бордюры эти поначалу долбали, урны вываливали, цветы с клумб крали, саженцы ломали. А сейчас такое разве что изредка. Наоборот, люди свои цветы в администрацию для городских газонов несут, делятся. И я носила…

Но нет-нет, да и летит к мэру по сети возмущение:

«Почему не поливают городские улицы? На столбах цветов навешали, а людям хоть подыхай!!!»

«Здравствуйте. Следуя вашей логике, улицы не поливают, потому что цветов навешали. Уверяю вас, это не так… У нас есть одна поливомоечная машина, которую мы приобрели в прошлом году… Этого недостаточно. Поливаем, когда возможно. Но реально изменить ситуацию может лишь дождь».

А в январе 2011-го на сайте появляется другой диалог:

«Снова какие-то упыри сломали указатель направлений возле сквера, напротив администрации… Может, пора камеры (хотя бы одну) ставить — дешевле в конечном итоге будет…»

«Думаем об этом. Размышляем о том, как потом сохранить видеокамеру. Упыри все же… Спасибо».

Иногда, впрочем, мэру удается преобразовать энергию разрушения в энергию созидания:

«Мною издано распоряжение о разрешении нанесения графических изображений в двух местах: бетонный забор на пути в Унечу и тыльная сторона ограждения МУП ЖКХ. Разрисуете там — добавим новые места. Спасибо».

Тут же, на сайте, согласовывается проект конкретного граффити-проекта…

Все сам!

Коробко отвечает лично и сайтом занимается сам — это и придает текстам диалогов почти чеховскую стилистику. Кстати, о том, почему он все взял на себя, стародубский мэр сообщает на том же сайте — ну нету кадров в 18-тысячном городке!

«…у нас работает на 0,5 ставки человек, разбирающийся в системах КС и 1С. Основное место его работы — ТнВ «Сыр Стародубский». График ненормированный. Приходит к нам тогда, когда возможно. Иногда ночью. Когда ему сайтом заниматься?!»

Жизнь города в «вопросах-ответах» предстает непростой: архитектор болеет, начальника по спорту в администрации нет, зама у Коробко в Брянск забрали, подрядчика на ремонт дорог найти невозможно, кино показывать некому… А также: провалилась теплотрасса, обрушилось общежитие, бордюров нагородили, а ливневую канализацию не предусмотрели, в одной школе течет крыша, в другой — канализация, мусор не вывозится, водитель автобус не останавливает по требованию, в автобусных билетах ошибка: «СтарАдубское АТП»! Словом:

«Что случилось? Почему опять не работает баня?»

«Здравствуйте. Проектный институт сделал проект. Подрядная организация выполнила работы строго по проекту. Теоретически баня должна работать идеально. Практически — не хватало горячей воды. Опытные пусконаладчики не дали совета… На свой страх и риск заменили теплообменники. Ситуация изменилась — все стало работать. Но я уже всего боюсь. Баня работает, но чувство тревоги не покидает… Специалисты Стародуба разводят руками. В настоящее время баня работает. Спасибо».

С другой же стороны, пусть Стародуб и моногород (главное предприятие — товарищество на вере «Сыр Стародубский», 1300 работников, один из крупнейших сыродельных заводов России), но на том же сайте читаем: «Если плитку у нас, кроме таджиков, укладывать некому, значит, не все у наших горожан так плохо с работой».

Обидно, да?

Жизнь Александра Коробко — постоянный цейтнот, что в реале, что в виртуале. Но благодаря обращениям через сайт вопросы удается решать быстрее: снег убрали, крышу и забор починили, родственника нашли, дорогу подлатали. Тут же, на сайте, и благодарят:

«Вопрос по очистке снега по переулку Куйбышева снимается. Огромное спасибо работникам дорожного хозяйства за оперативное решение проблемы».

Через интернет-приемную мэр ненавязчиво втолковывает населению: ребята, город общий, помогайте, предлагайте! Пытается искать нужных людей: оформить купель, избавить город от бродячих собак…

«Здравствуйте! Почему нет ответов на вопросы?»

«Здравствуйте. Не успеваю. Извините. Спасибо».

Горожане в виртуальном общении шапку перед мэром не ломают — в основном подгоняют, напоминают да требуют. Вот дотошная стародубчанка интересуется: куда дел бюджетную разницу между доходами и расходами? Коробко отвечает: записал остаток на следующий год. Но, видно, приобиделся: просит впредь, не разобравшись, не обвинять. Но ведь хорошо же, что и у тех, «кто не разбирается», есть теперь возможность спросить своего мэра. А у мэра — возможность ответить:

«Хочу, чтобы мы вначале попытались изменить себя, а уж потом все остальное. Не сделаем этого — все остальные действия приведут к нулевому результату».

Личное

Личная история Александра Коробко под таким интернет-прожектором — сплошной визг тормозов на поворотах. Трудовой путь: воспитатель детдома — рабочий йогуртового завода в Москве — редактор районки «Стародубский вестник» — мэр Стародуба. Партийность: элдэпээровец (искренне) — коммунист (пришлось, чтоб стать в районке редактором) — ЕДРист (пришлось, чтоб стать мэром). Вероисповедание: невоинствующий атеизм — невоинствующее православие.

Повседневная жизнь Александра Михайловича из интернет-переписки со стародубцами предстает во всех подробностях:

«Уважаемый А.М. Коробко, был вчера на мини-футболе. Порадовали игрой, но болельщиков интересует вопрос, как ваши ноги. Вы вчера так сильно упали, мы все даже вздрогнули на трибунах. Побед вам и вашей команде в будущих играх!»

«Неожиданно для меня и моей семьи было видеть вас и вашего зама, регулирующих очередь к мощам Матроны московской. Получалось хорошо. Особенно, когда вы что-то начинали рассказывать».

«Александр Михайлович, неужели у нас в городе все так плохо, если даже вы в субботу сами убирали мусор около грибка?»

«Александр Михайлович, вы интересный и очень привлекательный мужчина, а почему бы вам не влюбиться? Все один да один»…

«Зимой и с цветами? Кто эта счастливица?»

«А кто это вам нос расцарапал?»

«Видела вас в крещенской купели. Вы поправились или мне это показалось?»

А уж из ответов и вовсе полное досье складывается — город, что называется, бдит. Наш Коробко наверняка влюблен, решает молва, но человек не семейный, а цветы нес 90-летней бабушке на день рожденья. В юности слушал «Алису», ДДТ, «Наутилус», «Зоопарк», «Аукцыон» и т.д. Теперь слушает тех, кто поет понятными словами и исполняет свои произведения сам.

Тех, кто норовит из интернета залезть прямо в душу, Коробко пресекает. Старается мягко. Но иногда увлекается.

«Очень давно одна моя знакомая высказала теорию: любить — значит жалеть. Тогда я довольно жестко отвечал, что это неправильно, глупо. Сейчас я с ней бы согласился. Ведь самая сильная любовь бывает только к нашим престарелым родителям и нашим деткам. Мы их жалеем. Ведь так? Так и Стародуб надо жалеть. Делать все, чтобы он был чище, уютнее. Не обижать его… он же у нас старенький, но крепкий, добрый и хороший. Любой город — это его жители. И если мы будем стараться уважительно относиться друг к другу, то это будет доказательством нашей любви к городу. Не надо подвигов! Просто улыбнитесь друг другу».

Где граница?

Читатели «Приемной» о смысле происходящего спорят: это кокетство, пиар? Часть работы? Отдушина? Способ привлечь к участию в обустройстве города тех, кто из него уехал и добился успеха? Сходятся в одном: в любом случае это смело и отчасти опасно для градоначальника. Человек, который общается не по протоколу и без посредников — очевидная, удобная и ничем не прикрытая, кроме личного авторитета, мишень.

Мэр и сам, бывает, сильно переживает непонимание. Но на городской сайт чувств старается не выносить. Только в «Живом журнале» пользователь под ником korobko_71 оставил недавно маленькую заметку «для друзей»:

«Хочу уйти. Честно. Устаешь от всего. Там здрасте. Там улыбнулся. Там сделал серьезный вид. А ведь не всегда этого всего хочется. Наверное, я действительно лицемэр. Может, не типичный, но все же. Не ворую, но вру. Помогаю, получаю взамен добрые слова… Стараюсь стараться, но злоба присутствует. Я вообще хочу невозможного. Хочу, чтобы меня понимали… Хочу быть добрым и справедливым… Главное, не перепутать добро и зло. Надеюсь, что вы мне поможете…»

А тем временем виртуальная публика растаскивает мэра на части: шлют сканы книг — про Чернобыль, про казачество — заставляют читать. Приглашают в группы вКонтакте. Зовут на рок-концерты. Велят начать выпекать сувенирные пряники с гербом Стародуба, организовать велопробег и рэп-фестиваль. Переписку Коробко с населением начинают цитировать в Сети. В этом мало кто видит ресурс для власти, скорее игру. Вроде «верю — не верю».

Эти диалоги на 36 виртуальных страницах уже ходят по Стародубу «в списках», распечатанных на принтерах. Так 20 процентов компьютеризированного населения 18-тысячного городка делятся чистой радостью с теми горожанами, для которых интернет — пока еще поле непаханое… Фото Алексея Володина; voprak.livejournal.com.

Шурин фотографа, бывший летчик-испытатель, осел в башкирском городке Кумертау, что недалеко от Уфы. Женился, обзавелся потомством, посадил дерево, построил дом. А после выхода на пенсию начал звать друзей и близких полюбоваться своими достижениями. Чем, собственно, Дмитрий Лученко, не преминул воспользоваться.

Вместе с женой и внучкой наш земляк прибыл в Кумертау позапрошлым летом. Этот небольшой по современным меркам городок славится природой невероятной красоты и развитым туризмом. Побывать здесь и не сплавиться по Белой реке или не сходить в поход по ее берегам — все равно, что съездить в Китай и не увидеть великую китайскую стену. Дабы не прослыть чудаком, Лученко собрал родню в охапку и поспешил, что называется, на лоно природы. Разумеется, захватив с собой фотокамеру.

«Палатки взяли, мясо для шашлыка — все как полагается, — вспоминает фотограф. — Идем, не торопимся. И тут свояченица говорит: пойдем, чего покажу».

Стоило честной компании слегка отклониться от курса, как она очутилась на странной поляне. Участок размером не больше десяти соток скрыт от посторонних глаз плотной стеной из вековых сосен и молоденьких березок. Вокруг невысокие могильные холмики, щедро присыпанные собачьим кормом, мисками и звериными игрушками.

«Это было кладбище домашних животных, — уточняет Лученко. — Всего порядка семидесяти захоронений, под большинством из которых покоятся отошедшие в мир иной мурки и барбосы».

«Васенька, мы тебя помним и любим», «самому красивому и сильному мальчику», «верному другу» гласят надписи на надгробьях. От человеческих отличаются не все. Такие же плиты из мрамора и фотографии из цветной керамики, даты рождения и смерти, имена. Памятники поскромнее сколочены из фанеры и досок. Нет только православных крестов — церковь не позволяет хоронить под ними животных, да, пожалуй, ничего похожего на цветной металл.

«А вокруг тишина и умиротворение, — делится впечатлениями фотограф. — Ну, ни дать, ни взять — всамделишный погост».

Усопших питомцев чуть ли не каждый день навещают их прежние хозяева. Приносят цветы, раскладывают угощения, поправляют сбившиеся венки. Некоторые подолгу стоят у могилок, просят за что-то прощения, роняют слезы.

Кладбище вообще никогда не пустует. Покой почивших тут хвостато-полосатых стерегут живые четвероногие. В качестве оплаты за «работу» дворняги ничем не брезгуют. Без зазрения совести подъедают угощения, принесенные сюда людьми, но в остальном ведут себя показательно прилично. Могилы не разрывают, нужду не справляют, не лают даже, — будто осознают, где находятся.

«Позже я узнал, что нечеловеческий погост вдали от людского кладбища устроил клуб местных заводчиков животных, — продолжает рассказ Дмитрий Лученко. — Хозяева, как правило, одинокие люди, всем сердцем прикипают к домашним питомцам. Когда кошки и псы уходят в мир иной, у людей рука не поднимается, чтобы выбросить тех в мусорный контейнер или зарыть в ближайшем овраге».

К слову, места захоронения четвероногих любимцев давно имеются практически во всех странах Европы и Северной Америки. В Старом Свете самое древнее работает с 1899 года, в Новом — с 1896-го. В США их и вовсе насчитывается больше пятисот. Тут каждое второе воскресенье сентября отмечают День памяти домашних животных. В России же всплакнуть об умерших любимцах некогда. Есть хотя бы где.

В нашей стране есть около пяти официальных кладбищ домашних питомцев. Расположены они, по большей части, в крупных городах — Москве, Питере, Екатеринбурге. Куда больше кладбищ несанкционированных. Назвать их примерную численность не берутся даже специалисты. А еще есть виртуальные погосты — те, что функционируют на просторах Всемирной паутины.

Об организации скромного, но реального кладбища для кошек и собак в Брянске когда-то ратовали активисты зооцентра «Эгида». Не вышло. Идея благополучно почила вместе с самой организацией. Нет в регионе даже захудалого скотомогильника. Один позабыли-позабросили пятьдесят лет назад, другой пал жертвой недавнего земельного передела и был законсервирован до лучших времен.

Безутешным хозяевам остается сдавать тела почивших животных специалистам городской ветстанции для сожжения в кремационной печи. Второй вариант — вручить остывшее тельце брянским дорожникам. Те бросят Мурку или Шарика в общий контейнер. Увезут в Унечском направлении на ветсанутильзавод. Там бывшего семейного любимчика пустят на мясокостную муку, а потом, возможно, на новую порцию собачьего корма.

Фото Дмитрия Лученко.

В1648 году население одного из древнейших городов Брянской области Стародуба поддержало запорожцев во главе с Богданом Хмельницким. Во время русско-польской войны многие стародубцы записывались в казаки. И уже к концу XVII века почти все население города стало считаться казачьим по сословию.

Гремел славными подвигами Стародубовский (Стародубский) казачий полк при разгроме войск Карла XII под Полтавой. Отличился и в войнах с Турцией. В Отечественной войне 1812 года полк сражался у Березины, потом в Лейпциге, казаки Стародуба даже брали наполеоновский Париж. И от фронтов Первой мировой стародубцев также не отвела судьба. Впрочем, другой судьбы они себе и не хотели, путь вольнолюбивое войско выбирало себе всегда особый, но неизменно он был связан с государевым служением. Изменять присяге было не в чести у стародубцев. В итоге свой боевой путь Стародубский полк закончил в 1920 году в составе армии Деникина…

В середине ноября снова довелось оказаться на стародубской земле. Как оказалось, верные дедовским традициям, казаки там помогают профессиональным стражам границы охранять рубежи. Собственно, всю поездку и организовало Пограничное управление ФСБ России по Брянской области, с самой что ни на есть серьезной задачей — показать, как «местное население оказывает помощь стражам границы в их службе».

Первый пункт — Кадетский казачий корпус имени Героя Советского Союза Александра Тарасенко, первый и пока единственный в Брянской области кадетский корпус с казачьей и пограничной специализацией. Открылся он в Стародубе два года назад. Сегодня попасть туда может не каждый — только тот, кто учится без троек и, главное, обладает хорошим здоровьем — медкомиссия здесь очень и очень строгая. В корпусе обучаются 140 ребят с 5 по 11 класс, в том числе 26 девушек. Все они получают образование в рамках общей школьной программы, плюс к этому изучают военные дисциплины, требования общевоинских уставов, азы пограничной науки. Занятия по пограничной тематике проводятся не случайными людьми, а самыми настоящими пограничниками, охраняющими стародубский участок российско-украинской государственной границы. С утра в классе — к вечеру в дозор.

На входе нас встречают дежурные кадетки в форменной одежде и лихо отчеканивают «здравия желаю». На стенах фойе фотографии лучших в учебе, спорте, военной подготовке, но, пожалуй, главная достопримечательность — пограничный столб. «Это настоящий, нам пограничники подарили», — не без гордости рассказывает директор корпуса.

В кадетском корпусе мы заглянули на урок, который вел самый что ни на есть настоящий пограничник. Причем это не было сделано к приезду прессы. Заместитель начальника отдела Пограничного управления ФСБ России по Брянской области в Стародубе Валерий Семин в кадетском корпусе преподаватель хоть и на общественных началах, но постоянный. Оказалось, что тема занятия — пограничные вузы России. Ребят из Стародуба ждут Калининград, Анапа, Хабаровск, но гордость пограничной службы и мечта многих мальчишек и девчонок — Голицинский пограничный институт ФСБ России. В нем уже обучается, правда, пока один выпускник Стародубского кадетского корпуса — Валерий Зенченко.

Еще один урок, а, скорее, показательные выступления для нас, журналистов, — занятие по сборке разборке автомата Калашникова. Далее строевая подготовка на плацу перед корпусом — взвод из мальчишек и девчонок блестяще справился со всеми командами руководителя занятий, да еще и лихо грянул «Катюшу», окончательно покорив прессу.

Неудивительно и то, что, имея овеянную легендами о боевых подвигах земляков историю, потомки прославленных стародубцев вновь надели казачью форму и принялись за возрождение казачьих традиций на родной земле. Еще в 1994 году в Стародубе состоялся первый круг казаков Стародубщины.

Стародубское казачество, хоть и не вошло по ряду причин в разряд реестрового, а является общественной организацией, живо. Идеи возрождения казачества обретают все более осязаемую форму. При пограничном отделе созданы и активно участвуют в охране государственной границы четыре добровольные народные дружины. В одну из них, расположенную в селе Азаровка, мы и направляемся. Путь не близкий — почти к самой границе с Украиной. Возглавляет народную дружину Георгий Егорович, он же хуторской атаман и директор местной школы — со всех сторон человек в селе уважаемый. Среди казаков, а в Азаровке их четырнадцать человек, люди совершенно разных профессий и занятий — не только педагоги, есть и фермер, и егерь. Всех их объединяет то, что они не равнодушны к судьбе своего края.

Насколько эффективны казаки в охране границы, спрашиваю у начальника отдела Пограничного управления ФСБ России по Брянской области в городе Стародубе Василия Шерстюка. «Сразу оговорюсь, казачество у нас в районе пока не реестровое и самостоятельно охранять государственную границу не может в отличие от реестровых казаков. Правильней будет сказать об участии в охране государственной границы добровольных народных дружин, состоящих из казаков. Участие это выражается в несении пограничной службы совместно с кадровыми пограничниками в пограничных нарядах «по обеспечению контроля за соблюдением режима государственной границы Российской Федерации, пограничного режима и режима в пунктах пропуска через государственную границу Российской Федерации».

Впрочем, есть и результаты. Это и задержание уже не одной группы незаконных мигрантов, и пресечение четырех попыток контрабанды разного рода товаров, было и задержания наркокурьера. «Скажу больше, — продолжает Шерстюк, — помощь от дружинников реальная, и не только на границе, но и здесь, по месту проживания. Казаки проводят разъяснительную работу о необходимости соблюдения Закона».

Настаиваю на своем вопросе: ну а насколько это эффективно, толк-то от всего этого есть? «Возвращаясь к вашему вопросу об эффективности, отвечу — эффективны, — рапортует Шерстюк. — Взять, например, дружину из Азаровки. Приграничное село. Командир дружины — директор школы, куренной атаман. 16 дружинников. Дисциплина — можно позавидовать. На занятиях с дружинниками всегда присутствует детвора. Скажите, разве может от зорких глаз казачат что-то ускользнуть? Поэтому и результат у этой дружины на сегодня самый высокий».

Действительно, не ускользнет ничего. Наш автомобиль только въехал в село, мы еще и позвонить Георгию Егоровичу не успели, пару минут, он сам к нам подъехал со своими казаками на машине. Вместо номера на бампере красуется наклейка: «Пропускать везде». Такой вот казачий юмор. А почему бы и не пропускать? В такую глушь никто кроме пограничников, собственно, и не забирается.

До границы здесь действительно рукой подать. Проезжаем поле, оно, кстати, возделывается, у дороги стоят пару «Белорусов», по другую сторону пасется стадо коров. Еще несколько минут по ухабам полевой дороги — и мы у мостика через ручей. «Вот там, — указывает рукой вперед Валерий Семин, — уже Украина». «Нет, — спорит, с ним Георгий Егорович, — это еще не Украина, они там хоть и расположили свою избушку, но это еще Россия. Я же здесь каждый бугорок знаю, я ж здесь вырос». Его поддерживают другие казаки. Демаркация границ двух стран еще не проведена, и поэтому мы не вдаемся в этот спор.

«А что это у вас дорога как-то вспахана странно?», — удивляется кто-то из журналистов, указывая на дорогу, которая уходит в сторону границы. «Это конечно не контрольно-следовая полоса, но по такой дороге можно сразу увидеть, если кто-то проедет на любом виде транспорта, а этого мосточка никто не обойдет», — говорят пограничники.

Посмотрев на границу, затем на то, как совместно пограничный наряд и дружинники контролируют соблюдение режима государственной границы, пограничного режима, проверяют автомобили (это было уже перед въездом в Азаровку), мы, было, засобирались в обратный путь. Но тут гостеприимные азаровские казаки сказали свое твердое «нет»: «Пока казацкой шурпы не отведаете — домой не отпустим!». Журналисты долго и не сопротивлялись — зачем пренебрегать радушием хозяев. Помолившись и поблагодарив Господа, отведали шурпы и баранины с огня и песен казацких послушали, а местами еще и подпели.

— Сюжет у нас простой. Бывший спецназовец Леонид Зубов (Олег Штефанко) попадает в деревню Ольховку. На самом деле деревню снимаем в окрестностях Синезерок, должны ж мы были хоть что-то придумать, раз ее на карте нет, — объясняет продюсер Юрий Осипов, тоже, между прочим, актер, его игру вы могли видеть в сериалах «Братаны» и «Две судьбы». — Зубов вместе со своими единомышленниками раскрывает преступления, связанные с браконьерством и незаконным предпринимательством, а заодно помогает жителям Ольховки бороться с чрезвычайными ситуациями и личными проблемами.

А жителями Ольховки стали известные столичные актеры Анна Большова, Александр Цуркан, Михаил Васьков, Алексей Булдаков и другие известные столичные артисты. Мелкие роли достались актерам брянских драмтеатра и ТЮЗа. По уверению режиссера Виктора Конисевича, сняться в «Леснике» успеют все местные знаменитости. Впереди еще год работы, в месяц снимается по два фильма (четыре серии), и в них будут появляться все новые персонажи.

Сценарий детектива еще пишется

Колоритные местные жители тоже смогут принять участие в массовке и даже получить за это денежку. Одна из ярких личностей на съемочной площадке — оператор Игорь
Крачковский.

— Меня уже не раз принимали за сына Натальи Леонидовны Крачковской, — с улыбкой жалуется Игорь. — Но на самом деле мы всего лишь однофамильцы. Познакомились с ней на съемках сериала «Братаны». В российском кинематографе всего три человека с такой красивой фамилией: гениальная актриса Наталья Леонидовна, гениальный продюсер Василий Крачковский, ну и я, хоть не гениальный, но фамилия обязывает.

— Оператор у нас действительно профи, — говорит режиссер Виктор Конисевич. — Игорь сериал снимает с руки. Ведь кадры, снятые со штатива, уже зрителю неинтересны, сейчас популярна подвижная камера. По признанию оператора, самое тяжелое в его работе снимать животных. На днях вся съемочная группа мучилась с козой Нюшей, которая станет одной из главных героинь первых серий.

— Вообще, мы сначала хотели корову снимать, но вовремя одумались: с коровой на болотах мы бы не справились. Был у нас эпизод, когда коза стоит посреди дороги, а к ней подъезжают машины и сигналят. И как только они подъезжали, Нюша убегала, —вспоминает режиссер. —Так мы мучились минут сорок, пока Игорь не пошел на хитрость: осветители лежали на асфальте и держали козу за ноги, а он наезжал на нее сверху камерой. Когда все получилось, мы подарили козу местной бабушке Павловне, за то, что она помогала нам за ней ухаживать.

Сцену с козой вносят в детектив элементы комедии. По сюжету один из героев Васька (Владимир Тимофеев) ворует Нюшу у местной бабки Авдотьи, чтобы вернуть к себе расположение односельчан и бывшей жены Веры (Анны Большовой). Прячет ее на болоте в лесу, а потом рассказывает обо всем другу — бывшему зеку Чиркашу (Михаилу Солодко) и просит дать ему в глаз, чтобы утром вернуться из леса героем — побитым и с козой.

Что же касается главного героя сериала лесника, актера на его роль подбирали долго. Пробовался на нее Евгений Сидихин. Но «Мостелефильм» остановил свой выбор на российско-голливудском актере Олеге Штефанко.

— Меня подкупило то, что проект будет длинный, и то, что это телевизионное художественное кино, — объяснил нам известный актер. — Поэтому я сразу согласился стать лесником. Мне понравился мой герой, который спасает себя в лесу от жизненных бед. Я впервые приехал на Брянщину и мне очень понравились ваши Синезерки. Здесь есть возможность делать достойное кино.

Фото Натальи Ерохиной.

Елена Киселева

Брянская область — партизанская республика: историческая реконструкция

Лагерь Брянской области был стилизован под Партизанскую республику: каждый город и район (всего 29) представлял отдельную партизанскую стоянку. Попадая на территорию республики, где балом правила историческая реконструкция, гости словно окунались в атмосферу военных лет. Создавали ее и плакаты всех оттенков красного цвета, и защитная военная форма, и лозунги, призывающие к победе над врагом, и портреты Ленина. Образ прошлого восстанавливали карты боевых действий и фотографии героев того времени. Дополняли его военные песни из граммофона и частушки от народных коллективов и вольных участников.

И хотя все стоянки знакомили гостей с буднями и досугом партизан, каждая имела свою «изюминку». Печеную картошку предлагали на Трубчевском партизанском привале, яичницу-болтунью — на кухне Мглинской стоянки, а свойского хлеба откушать можно было практически на каждой третьей стоянке. В Сураже показали памятники воинской славы района, здесь же работала Суражская партизанская агитбригада. На стенде Дятьково был представлен текст о награждении города Орденом Отечественной войны I степени (1983 год). Вечер отдыха в Унече не обошелся без гармони, а в Севском отряде имени Фрунзе праздновали банный день.

В Клинцовском районе играл военный оркестр из подручных предметов, а в Стародубе развернулось комсомольское подполье. В Жуковском районе под лозунгами «Партизану хохотать, а фашисту подыхать!» и «Курская дуга согнула врага» работала редакция партизанской газеты «Ленинский клич». На Дубровской стоянке напомнили гостям, что в этом году исполняется 45 лет фильму о Сещинском интернациональном подполье «Вызываем огонь на себя», а в Красной Горе предоставили возможность пройти по улице героя Советского Союза Ивана Лысенко. Этот солдат проявил себя при форсировании реки Одер и взятии рейхстага в мае победоносного 1945-го.

Развлечение и задания. Массовая игра «Партизанскими тропами»

Однако гостей на стоянках ждали не только просвещение и развлечение, но и секретные задания в рамках игры «Партизанскими тропами». Всем желающим вступить в нее «смуглянки-молдаванки» на входе в лагерь раздавали карту Брянской Партизанской Республики, на которой были и условия игры. Участникам предлагалось пройти любых десять стоянок, за что получить специальную отметку. После всего предъявить карту в «Штаб» — конечный пункт партизанской тропы — и получить в обмен на нее уникальный сувенир-«шелковку» — знаменитое партизанское удостоверение разведчика и связного. Предъявив «шелковку» на партизанской кухне, можно было получить боевой паек и право сфотографироваться с организаторами.

В заданиях организаторы проявили незаурядную фантазию. К примеру, в Злынке нужно было выйти из окружения болотистыми тропами, в Мглинском районе гости стоянки должны были дать клятву партизана, а в Унече — разобрать и собрать автомат. В Погаре и Комаричах предлагали подбить дротиком фашистский самолет со свастикой или попасть в карикатуру фашиста-свиньи. Подобную цель можно было поразить на другой стоянке — из рогатки.

Почетными участниками игры стали официальные гости: губернатор Брянской области Николай Денин, председатель Брянской областной Думы Владимир Гайдуков, депутат Госдумы, Герой России, секретарь регионального политсовета партии «Единая Россия» Андрей Бочаров, депутат Госдумы Екатерина Лахова и другие официальные лица. Рейд открылся посещением стартовой площадки республики — казачьего стана. Гостей на «многие лета» приветствовали казаки и казачки. В Дятьково губернатор выпустил газету «Народный мститель», а в Выгоничах Андрей Бочаров взорвал Голубой мост.

После посещения стилизованного штаба официальная делегация встретилась с реально действовавшими в годы Великой Отечественной войны на территории Брянской, Гомельской и Черниговской областей партизанами и подпольщиками. На «солдатском привале» к ветеранам с благодарностями и поздравлениями обратился Андрей Бочаров. После встречи с ветеранами делегация направилась к Монументу Дружбы, где должен был пройти традиционный митинг, посвященный 65-летию Великой Победы. Принимающей стороной в этом году была Украина.

Праздничная церемония: фейерверк, залповый салют и грандиозный хоровод

Одновременно к Монументу Дружбы пришли и коллеги Николая Денина: главы Гомельской и Черниговской областей Украины и Беларуси. После дружеских объятий они поднялись на главную сцену. Митинг открылся торжественной демонстрацией штандартов фронтов: Первого Украинского, Первого Белорусского и Ленинградского. Выступая с речью, председатель областной госадминистрации Черниговской области Владимир Хоменко подчеркнул, что праздник проходит под лозунгом «Мы победили вместе!» и является символом единства и добрососедства трех славянских народов. Председатель Гомельского облисполкома Александр Якобсон напомнил, что у русских, украинцев и белорусов «значительная часть истории — на троих», а сам Монумент Дружбы был установлен в честь 30-летия Победы в Великой Отечественной войне. В свою очередь, губернатор Брянской области Николай Денин сказал: «Дружба. Единство. Праздник. С этими словами мы часто встречаемся в повседневной жизни. Но согласитесь, именно здесь, на нашем фестивале, они обретают особый смысл. Веками укреплялось единство наших славянских народов. Этот праздник подарили нам все те, кто в разное историческое время вставал на защиту нашей Родины. Мы низко кланяемся вам, дорогие наши ветераны Великой Отечественной войны. Вы прошли все ужасы этой страшной войны, выстояли, победили и доказали народную мудрость: «В единстве — сила». После слов Денина украинцы поздравили присутствующих ветеранов, исполнив постановочную композицию «Мати».

Апофеозом «Славянского единства-2010» стал грандиозный хоровод лучших народных коллективов трех славянских стран — хоровод Единства — на нейтральной полосе у озера, в котором русские, украинцы и белорусы сплели единый венок дружбы. У озера расцвели огромные цветы, вспыхнул фейерверк и грянули залпы пушечного салюта. «Хотелось показать гостям что-нибудь новенькое. Есть прекрасное озеро, хотелось его задействовать, — говорит член оргкомитета украинской стороны Александр Майшев. — Главное, чтобы братьям-славянам было интересно, что им понравилось, чтобы они приехали сюда еще раз. И если это понравилось, значит, оно того стоило. На Украине мы ждем этого праздника. К сожалению, это один из единственных праздников, куда славянская молодежь может приехать на несколько дней с тем, чтобы пообщаться, обменяться опытом в сфере своих интересов: будь это спорт, самодеятельность, организация мероприятий, клубы поисковиков, волонтеров и молодых журналистов. А молодые политики, в будущем руководители страны, здесь набираются опыта дипломатии».

Ярмарки, выставки, концерт: впечатления

После открытия «Славянского единства-2010» руководители Брянской, Гомельской и Черниговской областей обошли подворья, выставки и презентации товаров, представленные предприятиями и сельхозпроизводителями Украины, Белоруссии и России. Своими впечатлениями поделилась Екатерина Лахова, которой особо понравилось украинское подворье, где работали гончары, кузнецы и лозоплетельщики: «Впечатления у меня от праздника просто колоссальные, — заявила она. — В этом году принимающей стороной является Украина. И во всем том, как она это делает — радушно встречает, организует мероприятия, — понимаешь, что в это стране изменилась власть. Прямо пахнет таким славянским духом. Это всех нас объединяет».

Официальные лица посетили и выставку продукции брянских предприятий, где отличилось ООО «БрянскСпиртПром», выпустивший ко Дню партизан и подпольщиков, впервые отмечаемому в этом году в России 29 июня, сувенирную продукцию с надписью «Партизан», а также с изображением партизанского командира. Вокруг шумела ярмарка, на которой не было и не могло быть недопонимания между россиянами, белорусами и украинцами. Завершился же праздник дружбы народов совместным концертом.

Фото и видео Елены Киселевой.

Светлана Куцева, Сергей Непша

Говорят, у войны не женское лицо. Но сколько женщин пережили эту страшную войну, сражаясь на фронтах, самоотверженно работая в тылу, а затем и в мирное время отдавая всю себя любимому городу, родной стране? Одна из них — Клавдия Алексеевна Кузавлева.

Когда началась война, Клавдии шел четырнадцатый год. Круглая сирота, она воспитывалась в детском доме. В 1944 году ее вызвали в районный военкомат и сообщили, что она призывается на службу. Девушку направили на работу в НКВД — там не хватало людей, все мужчины ведь были на войне. Вот как она вспоминает это время.

— Сначала была специальная подготовка в Брянске. Два месяца нас муштровали, обучали приемам самообороны, навыкам конвоирования, патрулирования, охраны специальных объектов. И, конечно же, оружие… Винтовку Мосина, револьвер системы наган, тяжеленный автомат ППШ, который я с трудом удерживала в руках при стрельбе, наш девичий взвод изучил в совершенстве и мог собрать и разобрать с закрытыми глазами.

И только после этого нам присвоили звание «рядовой милиции» и выдали милицейские синие мужские гимнастерки (женских не было) и зеленые армейские юбки. Пилотку пришлось складывать вдвое — на голове крутилась. Гимнастерки ушили тоже раза в два. А в сапоги пришлось соломы напихать: у меня был 36 размер, а дали 42 размера — самые маленькие, которые нашлись на складе. Работали сутками. С продуктами трудно было, голодать приходилось. Зимой мерзли. До самого конца войны были на казарменном положении. После смены сдавали оружие и шли на разбор завалов, на ремонт дорог, постройку зданий областного центра, а потом опять на дежурство. И все снова по кругу. В общей сложности рабочий день продолжался по 20 часов в сутки. Но никто не ныл и не жаловался.

Вот и долгожданная Победа, но работы не убавилось

После войны Клавдия Кузавлева осталась служить в милиции и отдала ей в общей сложности полвека. На груди у нее пятнадцать медалей, среди которых награды «За боевые заслуги», «За Победу над Германией». День Победы она вспоминает с большим волнением как самый счастливый день в ее жизни:

— Ночью 9 мая 1945 года в помещение, где я и мои коллеги несли службу, постучал командир. Сияя от радости, он сообщил о победе. Мы плакали от счастья, что, наконец, все это закончилось, что именно мы стали победителями в этой жестокой войне. Мы выбежали на улицу и устроили салют из всех видов оружия, которое у нас имелось. Выпалили в воздух весь боекомплект. Только потом поняли, что остались без патронов, а ведь до конца смены было несколько часов. Местные жители, которые заполнили улицы, нас успокоили. Мол, не волнуйтесь девчонки, мы с вами смену додежурим. Счастье от победы было одно на всех, великое и чистое — как небо!

65-летие Победы Клавдия Алексеевна в свои восемьдесят три года будет отмечать в новой квартире. Она по-прежнему желанный гость на торжественных встречах, концертах, которые проводятся Управлением внутренних дел по Брянской области, активно помогает ветеранам УВД в решении социальных вопросов, с отдыхом, с медицинским обслуживанием. В общем, как всегда на посту!

Нужно было бороться не только с внешними врагами, но и с внутренними

Другая наша история — о 92-летнем ветеране войны и труда Якове Петровиче Сюсюкине. Большая часть его жизни связана со службой в органах внутренних дел. У него громадный стаж работы в милиции. Отсчет его милицейских «календарей» начался в сороковом году, еще до войны. В двадцать два года он поступил на службу в райотдел в Ростовской области, где родился, учился, жил. О своей работе в военные годы он и поведал нам.

В родном Сальске Яков Петрович познакомился с будущей женой, с которой вот уже более полувека состоит в законном браке, в любви и согласии. Таисия родом из Брянска, а в Сальске она тогда гостила у родной замужней сестры. Сюсюкины поселились в Брянске. Яков устроился на работу в милицию. Был старшим оперуполномоченным уголовного розыска, старшим оперуполномоченным оперативного отдела по розыску преступников, заместителем начальника дежурной части.

— Во время войны наша линия фронта проходила здесь, в УВД, — рассказывает Яков Петрович. — Работали круглосуточно, без выходных. Постоянно патрулировали улицы, задерживали дезертиров, передавали их в военкомат.

В сороковые годы служба в милиции была сродни фронтовой жизни. Вместе с ополченцами сотрудники милиции принимали меры к ликвидации последствий налетов вражеской авиации, обезвреживали диверсантов, лазутчиков, эвакуировали мирное население. Каждый день милиционеры выходили на открытый бой с активизировавшейся преступностью, подвергали себя опасности, обезвреживая банды уголовников. Ведь война вызвала не только небывалый подъем патриотизма, но также всплеск активности всяких криминальных элементов: участились случаи грабежей, убийств, хулиганств.

Можно было уйти на покой, но сидеть без дела не в моих правилах

Правительство СССР, высоко оценивая заслуги сотрудников органов внутренних дел во время Великой Отечественной, предоставило им статус участников войны. У Якова Петровича Сюсюкина двадцать медалей, в том числе «За победу над Германией», ведомственные знаки отличия, ряд юбилейных наград. В 1973 году Яков Петрович стал ветераном органов внутренних дел, но быть совсем без дела он не мог, и, вернувшись в УВД, еще двадцать лет проработал в пенсионном фонде при УВД. И сегодня он по-прежнему поддерживает отношения со своим бывшим коллективом, который, в свою очередь, не забывает своего старейшего сотрудника, помнит и заботится о нем.

От жизни нужно брать все, и от должности тоже

Так, наверное, размышляла Татьяна Антонова, когда в июне 2008 года была назначена на должность начальника уголовно-исполнительной инспекции Стародубского района. Оказавшись в кресле руководителя, вскоре женщина сообразила, какую выгоду можно извлечь из своего должностного положения. На учете в районе состоит около трехсот условно осужденных, и все они стали ее подопечными, а она для них — представитель власти, который вправе выносить судьбоносные решения: кого-то помиловать и освободить досрочно, а кого-то перевести на реальный срок. Могла повлиять на их карьеру, информировав об осужденном учреждения и предприятия, где они учатся или работают, или умолчать об этом. Была бы выгода. А извлечь ее особого труда не составляло. За плечами достаточный жизненный опыт и приобретенные знания в области юриспруденции, понимание психологии людей и мотивов их поведения, где и как можно обойти закон. Вопрос больше упирался в наличие совести, добропорядочности, желания помочь людям. Но, видимо, последние категории нравственного характера ее мало волновали.

Новая услуга — свобода в кредит

Больше всего житель Стародуба Алексей Семенов боялся, что его сын «загремит» в тюрьму, после того как вместе с друзьями в апреле 2009 года угнал, чтобы покататься, автомобиль. Но, к счастью отца, сыну назначили условный срок — два года. Если бы не приговор с отсрочкой, был уверен Алексей, то учеба сына в Трубчевском политехническом техникуме, да и, наверное, вся жизнь «полетела бы под откос». Вот как раз на этом человеческом страхе и решила сыграть начальник уголовно-исполнительной инспекции Татьяна Антонова.

В один из майских дней она вызвала мужчину к себе для беседы и внятно пояснила, что если она направит в техникум сына сведения об имеющейся у него судимости, то он будет попросту отчислен. Здесь же в целях разрешения этой проблемы предложила отцу оступившегося студента ежемесячно передавать ей 1300 рублей. Деньги для Семенова немалые — почти половина зарплаты. Но ребенка надо ставить на ноги. Опасаясь возможных последствий, мужчина на предложение Антоновой пошел без колебаний. Договорились, что деньги он должен будет передавать ей после 20-го числа каждого месяца. Первый взнос был уже внесен через день. На прощанье Антонова опять напомнила Семенову, чтобы он не пропустил дату очередного платежа. Далее все пошло как по графику выдачи «заработной платы», но до июля…

20 июля, в день очередного платежа, Семенов не объявился. Этот факт очень взволновал Антонову, уж очень ей не хотелось, чтобы «дойная корова» соскочила с крючка. Не дождавшись денег, она вызвала отца и сына к себе в кабинет и пояснила им, что бывает за нарушение порядка отбывания условного осуждения. Надо отметить, что к тому времени Владимир успел дважды совершить административные правонарушения. Антонова опять предложила отцу отчислять ей платежи, и он опять согласился.

Фемида слепа. Глуха, нема и безразлична?

В то время Антонова еще не могла себе представить, что может оказаться в роли своего подопечного. Она знала, как работает система исполнения наказания. Но в государстве есть другие структуры, которым законом предписаны правоохранительные функции. Например, Федеральная служба безопасности. Но жажда наживы затмевает разум. Безнаказанность порождала самоуверенность, чувство неуязвимости. Между тем, о ее преступлениях уже знали в территориальном органе ФСБ. Вымогательство и получение денег Антоновой сотрудниками ведомства контролировалось и фиксировалось. В последующем полученные материалы были предоставлены суду и признаны как вещественные доказательства. В момент передачи очередной суммы Антонова была задержана. По факту было возбуждено уголовное дело. Но самое интересное началось потом. В ходе следствия выяснилось, что Антонова… безработная. Сам собой напрашивается вопрос: как же безработная смогла совершить столько правонарушений, причем с использованием служебного положения? За что же безработной Антоновой такое наказание, и ее, неработающую, еще и лишили права занимать государственные должности? Но безработной Татьяна Антонова стала потом — своевременно ушла, до суда, чтобы не бросать тень на родное ведомство. Суд признал Татьяну Антонову виновной в «мошенничестве с использованием своих служебных полномочий вопреки интересам службы и повлекшее существенное нарушение охраняемых законом интересов государства», приговорив к 4 годам тюрьмы условно с лишением права занимать госдолжности в течение 3 лет. Отягчающих обстоятельств суд не усмотрел.

«Приговор Антоновой был вынесен полностью в соответствии с законом. Что касается неоднократного получения ею денег от гражданина Семенова, то это по Уголовному кодексу не является отягчающим вину обстоятельством. Кроме того, подсудимая сразу же во всем призналась, активно сотрудничала со следствием, и потому дело было рассмотрено в особом порядке. Я считаю этот приговор вполне справедливым», — заявила судья Алла Захаржевская, выносившая Антоновой приговор.

Не подвергая сомнению правомерность принятого судом в данном конкретном случае решения, хочется спросить: а как же должностное положение осужденной, разве оно во внимание не принималось? Совсем недавно президент Медведев в одном из выступлений о положении в системе МВД заявил, что нахождение в органах милиции является отягчающим обстоятельством при принятии решения в случае правонарушений, и предложил внести изменения в УК РФ. В этой связи возникает еще один вопрос: почему органы правосудия закрывают глаза на это обстоятельство, ведь речь идет о нарушениях закона гражданином, которому государство доверило защищать интересы государства?

Кстати, в марте этого года Брянское управление ФСБ за взятки задержало двух работников прокуратуры. Что станет для них смягчающим обстоятельством? Не ровен час и эти служители Фемиды станут простыми российскими безработными. Богиня правосудия, надо признать, стала давать осечки: последние пару тысяч лет была только слепа, а в минувшие годы на отдельно взятой территории Евразии постепенно теряет и другие органы чувств.

Кадони: «Лучше б вы меня на кладбище отвезли…»

— Я люблю Брянск, а курган Бессмертия уже люблю, вы ведь меня туда везете? — заявляет Влад. — Девушки у вас хорошие… Жаль только, что они не в моем вкусе.
— А какая же тебе девушка нужна? Такая, как Нелли?
— Мы с ней созданы друг для друга, но не хотим быть вместе. Если сойдемся, будем идеальной парой, но уйдет из жизни желание к чему-то стремиться. Хотя все возможно.

Иветта и Соня

В это время Нелли поет: «Фантазер я тебя называю…».
— На самом деле мы с Нелькой хорошие друзья. У них с Никитой все замечательно. А вот я пока один. Моя девушка должна быть умной, красивой, харизматичной, понимать меня… Опа, приехали. Я уже курган вижу…
Влад смело шагает по лужам и взбирается наверх.
— Здесь у нас желания обычно загадывают, — подначиваю его.
— Слышала, Нелька?
Сгребает девушку в объятия, встает по центру и что-то загадывает про себя.
— А я загадаю, чтобы желание Кадони не сбылось, — смеется Нелли.
Черный маг, обиженно похихикав, возвращается в машину.
— В ДОМ-2 я пришел после «Битвы экстрасенсов» на ТНТ — решить вопросы с шарлатаном Венцеславом, — говорит Кадони. — Понял, что он шизик, но добрый, и теперь мы дружим.
— Кстати, Покровская гора у нас считается аномальным местом. Мы как раз к ней и подъехали.

Екатерина Козлова

Влад осматривается, проходит по аллее.
— Это чувствуется. Здесь тяжелая энергетика.
— Странно, вроде место намоленное…
— Ну да, это меня немного и смущает. Мне святые источники и церкви мешают работать, лучше б вы меня на кладбище привезли — хоть бы энергией подзарядился.

Ермолаева: «Меня отправили в Брянск за партизаном»

— Мне дали задание привезти из Брянска партизана, а тут Кадони цепляется! Это мы сейчас с ним друзья, а когда я пришла на проект, он мне жутко не нравился. Назвала его Кадонькой. После этого он мне двери разрисовывал, под подушку гадости различные подсовывал. Пришлось пригласить его на свидание. Он смотрел на меня глазами, полными надежды, а я подговорила ребят вылить на него воду и обсыпать мукой.
— А что заставило тебя прийти на проект?
— До проекта я закончила учебу, много путешествовала, работала у папы в ресторане администратором. Кастинг прошла с третьего захода — пришла к Рустаму. Пообщались, но характерами не сошлись. А Никита сразу зацепил. У него есть мужской стержень, он никогда не лицемерит. В отношениях у нас то падения, то взлеты. Мои родители к нему плохо относятся, а я чувствую, что это мой мужчина. Но его надо все время подстегивать. Я же не собираюсь всю жизнь оставаться на проекте. Хочу жить в Москве. И свадьбу шикарную хочу!

Ирина Петракова

— Говорят, что в реалити-шоу ДОМ-2 все разыгрывается по сценарию. Это так?
— Я тоже так считала, пока не попала на Поляну. Нет у нас никакого сценария! Просто иногда в пару могут «подкинуть» какую-нибудь «бактерию». Например, новую девушку, пришедшую к Никите…
— А зарплату на проекте платят?
— Зачем? Всем необходимым нас обеспечивают, а в плане денег мы альтруисты…
— Нелли, а тебя ведь поначалу девчонки на Поляне ой как обижали. Не возникало желания уйти?
— Не скрою, было. Я хотела установить свои правила. Мне говорили: «Все живут в общей спальне, давай к нам!». А я отвечала: «В этом зале ожидания вы все покроетесь пылью!».
— На ДОМе-2 ты уже почти год. Какие советы дашь тем, кто сегодня пройдет кастинг?
— Не нужно ничего бояться, стесняться. В коллективе надо быть веселым, уметь постоять за себя. А еще совсем не обязательно приходить к кому-то. Если ты интересный, тебя и так оставят на проекте.

Разобьем пару и устроим революцию

Анкеты участников кастинга заполнили 256 человек. На первый тур пришло около 60 претендентов, из них отобрали примерно половину. На второй этап, чтобы проверить свои силы перед телекамерами, прошли 15 смельчаков. Отснятый материал отправили в Москву. В других городах случалось, что на проект не приглашали никого. Но, по словам организаторов, у брянцев есть реальные шансы. А пока они с волнением ждут своей очереди на второй тур, делятся переживаниями.

Саша и Юра

Иветта, 22 года, капитан женской футбольной команды:
— Меня вчера на первом туре отобрали. Надеюсь, и сегодня повезет. Иду на Поляну ради интереса, а если еще и любовь найду, будет вообще хорошо! Влад Кадони классный!

Соня, 22 года, вратарь женской футбольной команды:
— Я давно хотела попробовать свои силы. На самом деле это оказалось не так-то просто. За три минуты психологи вытягивают из тебя все что можно. Задают неожиданные вопросы, смотрят на твою реакцию, оценивают ответы. Если все получится, приду к Клубничке.
Екатерина Козлова, 20 лет, сотрудница кабельных сетей:
— Я вообще не собиралась в кастинге участвовать. Все получилось неожиданно. Заполнила анкету, поговорила с организаторами о жизни. Вроде понравилась им, раз во второй тур пригласили. Мне не страшно уезжать из Брянска и жить в периметре, наоборот, хочется проверить свои силы. В голове у меня уже крутятся интересные планы.

Ирина Петракова, 23 года, преподаватель вуза:
— ДОМ-2 на ТНТ смотрю давно, из парней нравится Влад Кадони. О том, что у нас проходит кастинг, я даже не знала. Пришла в пятницу с подружками на дискотеку и глазам своим не поверила — в клубе Влад! Подошла к нему. Он пригласил меня сразу на второй тур. Верю в его магические способности.

Денис и Сабина

Саша, 25 лет, преподаватель танцев:
— Я человек-позитив. Буду бодрить всех на ДОМе-2. Иду к Кате Крутилиной. Если мы сойдемся характерами — построим любовь, ведь невозможное возможно! А как я буду завоевывать ее сердце — пока секрет. Я человек оригинальный, у меня много фантазии. Первый сюрприз уже приготовил — подарю свою медаль, которую получил в танцевальном конкурсе.

Юра, 22 года, студент БГСХА:
— Мне на проекте очень нравится Катя Балакина. Она такая загадочная! А я хорошо рисую, изобретаю полезные вещи, например вечную ручку. А еще придумал свой танцевальный стиль. Научу Кадони танцевать! Может, и революцию на Поляне устрою.

Денис, 19 лет, будущий юрист:
— Я планирую построить отношения с Жанной. Думаю, мы с ней легко сойдемся и получится очень интересная пара. У меня в планах удивить не только участников, но и зрителей ТНТ.

Сабина, 19 лет, будущий юрист:
— Мы с Денисом хотим вместе попасть на проект, чтобы разбить пару. Мне близок по характеру Венцик. Я давно поняла, что это мой человек. Надеюсь, он тоже это поймет.

Фото Натальи Ерохиной.

Из Брянска в Париж

Как случилось, что уроженка небольшого брянского поселка стала француженкой? Причиной столь замысловатой метаморфозы стала кровавая и жестокая Великая Отечественная война. В начале 40-х годов прошлого столетия, когда враг оккупировал территорию Советского Союза, под иноземным игом оказалась и Брянская область. Устанавливая свои порядки на занятой земле, фашисты многих молодых и здоровых юношей и девушек угоняли в рабство. Не стала исключением и Лидия Васейкина, которой к началу войны едва исполнилось 17 лет.

Девушку в числе других брянских военнопленных направили на принудительные работы в Австрию. В этой далекой стране она не только встретила Победу, но и познакомилась в концентрационном лагере со своим будущим мужем — гражданином Франции. Это знакомство стало решающим и определило всю дальнейшую судьбу девушки: в июне 1945 года был зарегистрирован ее брак с французским подданным, и на родину Лидия Петровна никогда не вернулась. Именно во Франции родилась и выросла ее дочь Иветт Курбе. А в июле 1990 года Лидия Васейкина умерла.

Мечта посетить родину предков всегда оставалась одной из самых заветных для Иветт Курбе. Вначале этому мешал «железный занавес» и политическая нестабильность, царившая в нашей стране в переходный период 90-х годов, да и повседневные дела и заботы не раз отвлекали женщину от осуществления желаемого. И все же преград для зова крови не существует.

Дело в одной букве

В последние несколько лет Иветт Курбе всерьез занялась поиском оставшихся в России родственников. Она обращалась в различные организации за помощью, писала даже в российское и белорусское посольства, но все время ее ждали неудачи. Ситуация изменилась только после того, как за помощью в розысках родственников она обратилась во французскую ассоциацию «Норд Солидарите».

Полной неожиданностью для администрации поселка Радица-Крыловка стало письмо из Франции, в котором была изложена просьба о содействии в поисках родственников француженки Иветт Курбе. Как рассказывает глава поселковой администрации Алла Шульга, розыски продвигались непросто. Изначально в письме упоминалась некая Лидия Вазейкина (вероятно при переводе с французского на русский была допущена неточность в написании фамилии). Поэтому расспросы старожилов поселка результатов не дали.

Однако когда фамилия была правильно переведена и прочитана как Васейкина, сразу же нашлись те, кто помнит эту семью. Оказалось, что в 40-х годах на территории поселка проживала Лида Васейкина, угнанная в годы войны в немецкий плен. Ее родителей — Петра Васейкина и Анну Гапонову — расстреляли фашисты, а старший брат погиб в одном из сражений Великой Отечественной в Белоруссии. О послевоенной судьбе самой Лидии односельчане ничего не знали. Других же близких родственников у Лидии Васейкиной не было, остались только ее двоюродные и троюродные братья и сестры. Но и они постепенно покинули пределы поселка Радица-Крыловка и сейчас проживают в разных городах России. Полученная информация стала знаковой: так после многолетних поисков были найдены корни Иветт Курбе.

Встреча с родными

В составе французской делегации в Брянск приехала Иветт Курбе. Встреча с родиной матери стала для нее настоящим подарком. Руководители города организовали для Иветт экскурсию по Брянску. Побывала француженка и на кладбище, где похоронены ее дедушка и бабушка — Петр Васейкин и Анна Гапонова.

Но особенно трогательной стала встреча Иветт Курбе с ее российскими родственниками. Благодаря усилиям брянской муниципальной власти были разысканы и приглашены в Брянск родные Иветт, которые в большинстве своем даже и не подозревали о существовании заграничной родственницы. Большой вклад в это внесли депутат Брянского городского совета народных депутатов Игорь Куров и председатель Брянской областной Думы Владимир Гайдуков, на депутатских округах которых расположен поселок Радица-Крыловка.

«Наконец-то осуществилась моя давняя мечта: найти родных и близких по материнской линии, — сказала Иветт Курбе. — Я всегда искренне любила Россию и страстно желала здесь побывать. Уверена, что теперь наши взаимоотношения с русскими родственниками не только не иссякнут, а будут лишь развиваться. Огромное спасибо всем, кто помогал мне в моих поисках, кто организовал эту замечательную встречу: французской ассоциации «Норд Солидарите» и руководству города Брянска и Брянской области».

Фото пресс-службы БГСНД.